Rudy Ogon (rudy_ogon) wrote,
Rudy Ogon
rudy_ogon

Categories:

Вилли Брандт и КГБ в Западной Германии. Часть 2

Начало тут.

Гийом был далеко не единственным абсолютно доказанным агентом КГБ в окружении Брандта. Правая рука Брандта Эгон Бар, как неоднократно писали, например, "Шпигель" (1, 2) и "Фокус"



начал работать на КГБ в 1969 году, получил оперативную кличку "Давид", его разрабатывали офицеры КГБ Леднев и Кеворков, между собой называвшие своего подопечного "Додиком". Мало того, за свою работу Бар получал ценные подарки - ковры, фарфор и картины из запасников Эрмитажа!

Андропову было ничего не жаль, поскольку таким образом он утер нос Громыко и в обход МИДа сумел добыть важнейший для СССР договор с ФРГ, задним числом утвердивший и сталинскую переделку мира, и закабаление восточной Европы, и новые границы, и диктаторские режимы, и легитимность стрельбы по людям, бегущим из ГДР, и Берлинскую стену...


Андропов и Громыко

Особенно забавно в этой связи, что никто иной как Эгон Бар в своих мемуарах обвинил Венера в "предательстве Родины". Вдумайтесь только: один немецкий агент Лубянки обвиняет другого в предательстве Родины! И, что поражает еще больше, агентов было столько, что они боролись не с капиталистической системой (которая была давно и с потрохами подмята под лубянский каблук), а друг с другом!

Мало того, как пишет тот же "Шпигель", Брандт был в курсе происходящего. Офицеры КГБ Леднев и Кеворков получили от него в подарок его фото с личным посвящением! Причем доподлинно известно, что он и сам общался и с Кеворковым, и с Ледневым, и именно с Ледневым он решил судьбу Солженицына: по требованию Брандта КГБ выслал Солженицына на Запад (поначалу он приземлился в Кельне, в гостях у поклонника Брандта Генриха Белля).


Белль и Солженицын

Андропов уговорил Брежнева, и Кеворков обговорил с Баром детали высылки Солженицына.


Брежнев с Брандтом

Вячеслав Кеворков, начавший работать в органах еще при Сталине, позже стал генерал-майором КГБ и известным публицистом, а также прототипом Виталия Славина — сотрудника КГБ в романе его друга Юлиана Семенова и телесериале "ТАСС уполномочен заявить…". Был близок и к Андропову, и к Брежневу и позже руководил ТАСС. При Андропове он был послом по особым поручениям.



Сам Кеворков в книге "Тайный канал" подробно рассказал, как завербовал Бара.



Валерий Леднев был журналистом и драматургом, работавшим на КГБ под журналистским прикрытием. Позже спился и умер в 64 года в 1987-м.


Леднев

А вот Кеворков уже после его смерти отметился участием в ГКЧП, после чего был сослан в Бонн руководить филиалом ИТАР-ТАСС, написал мемуары, остался в Германии и умер в Бонне в прошлом году.

Отдельный секретный канал связи - с ведома Андропова - у Бара был и с советским послом Валентином Фалиным, влиятельной фигурой в советском руководстве, когда-то писавшим речи для Хрущева, а потом возглавлявшим отдел ЦК КПСС. Бар тайно летал в Москву и там, в здании ЦК на Старой площади, проводил вместе с Фалиным целые дни, благо он и после отставки Брандта остался в правительстве, перейдя на должность федерального министра по экономическому сотрудничеству (фактически же, с ведома и Шмидта, и Венера - на пост "министра от КГБ"), а затем трудился исполнительным секретарём СДПГ и председателем подкомитета по вопросам разоружения и контроля над вооружениями в бундестаге.

И если с Фалиным Бар встречался по большей части в Москве, то с Кеворковым и Ледневым - на приватной квартире в берлинском районе Шарлоттенбург, которую КГБ постоянно проверял на наличие жучков от ЦРУ и BND. Тем не менее, эта деятельность Бара не была никаким секретом для нового канцлера Гельмута Шмидта. Более того, как минимум однажды он и сам пригласил Леднева на завтрак, не говоря уж о том, что Бар с ведома Шмидта пригласил и Леднева, и Кеворкова на съезд СДПГ в Берлине в 1979 году, где речь среди прочего шла об участии Германии в гонке вооружений.

Андропов же со своей стороны оказал ответную любезность и через Леднева загодя поделился с Баром и Шмидтом информацией о предстоящем введении советских войск в Афганистан. Когда в 1983 году Ханс-Йохен Фогель привез в Москву делегацию СДПГ и хотел представить Бара Андропову, Андропов засмеялся: "Да мы с ним давно уже прекрасно знакомы".

В 1985 году, в начале горбачевской эры, к Бару неожиданно заявилась делегация КГБ и потребовала от него "более тесного сотрудничества", в противном случае угрожая разоблачением. Бар тут же пожаловался Фалину, а также советнику Горбачева и чекисту под маской журналиста Николаю Португалову, с которым он тоже в прошлом много контактировал. Горбачев устроил председателю КГБ Чебрикову взбучку, а сотрудничество КГБ с Баром продолжилось, но вот только ли с ним одним?

Если у кого-то еще имелись хоть малейшие сомнения в том, какую роль играл в политике ФРГ Герберт Венер, начиная с 1946 года, то их полностью и окончательно развеял легендарный глава разведки Штази Маркус Вольф в своих вышедших в 1997 году мемуарах "Spionagechef im geheimen Krieg" ("Глава шпионской сети в тайной войне"). Вольф пишет, что Венер находился в постоянном контакте со всеми главами ГДР, начиная с основания ГДР, сначала с Ульбрихтом и Пиком, а затем с Хонеккером, с которым его связывала особо близкая дружба. Когда Брежнев с Андроповым устроили путч и сменили Ульбрихта на Хонеккера, Венер тоже сыграл в этом свою роль. "Политика разрядки" или "новая восточная политика", которую проводило правительство Брандта, была разработана Венером и Хонеккером еще в 50-е годы, пишет Вольф. Связным между ними был адвокат Вольфганг Фогель.


Маркус Вольф

Венер пытался скинуть Брандта еще в 1973 году. Для этого он прилетел в Москву и вел переговоры с московским руководством, сначала - со своим старым другом по Коминтерну, секретарем ЦК КПСС Борисом Пономаревым.

Пономарев, как пишет "Шпигель", передал Андропову от Венера следующее:
"Брандт как политик кончился, в партии его никто не уважает (и это после выигранных им с блеском за год до этого выборов!), очень много пьет и является страшным бабником. По словам Венера, его лучший друг Хонеккер полностью разделяет это мнение. Оба они, Венер и Хонеккер, удивлены, что в Москве делают ставку на политический труп".

Андропов пришел в ярость и спросил: "Зачем Брандт пригрел эту змею на своей груди?".
С Хонеккером, сказал он, все понятно, тот не может простить Брандту того воодушевленного приема, с каким принимали его жители Эрфурта (ГДР) в 1970 году.

Как писал позже журналист и агент КГБ Леднев, в тот момент партия Венера-Хонеккера открыла фронт военных действий против Брандта и Брежнева, который никак не желал расставаться со своим лучшим агентом.

Но Венер не сдавался и начал угрожать компрометирующими Брандта фотографиями с голыми дамами в пикантных позах. Кто их делал, мы, наверно, уже никогда не узнаем. Очевидно, Штази, тот же самый "лучший друг" Брандта Гийом. Если Брандт не уйдет в отставку, он, Венер, передаст фотографии в газеты, намекнул Венер.

Эту информацию помощник Брандта Эгон Бар тут же сообщил своему куратору Кеворкову. Брандт скоро не выдержит и уйдет в отставку, докладывал на Лубянке срочно вылетевший в Москву будущий генерал Кеворков. Андропов позвонил Брежневу. Брежнев вышел из себя и начал орать: "Немецкие спецслужбы сидят в говне, где им самое место!! Фоты с бабами? Да я бы сам доплатил за такое денег, особенно если я на них выглядел бы как настоящий мужик!! А уходить из-за такой ерунды в отставку я бы и не подумал!". "Брандт - трус, он струсил перед интригами собственной камарильи!" - кричал Брежнев. "И кто все это затеял? Аккурат наши немецкие друзья! (имелся в виду Хонеккер и его братия). Им наплевать, как они при этом выглядят, им главное - расквитаться с Брандтом!".

Андропов, в свою очередь, тоже рвал и метал. Рыдания Бара перед телекамерой после отставки Брандта он назвал омерзительными. И это они, Бар и Кеворков, виноваты в том, что Гийома вовремя не убрали от Брандта, возмущался Андропов. Так передает эти диалоги "Шпигель" со слов Кеворкова.

Мотивы Хонеккера тоже весьма интересны. Вряд ли это была только обида и зависть от того, что Брандт пользовался в ГДР бОльшим авторитетом, чем он, Хонеккер. Для режимов такого типа вообще желательно иметь настоящего врага, капиталиста, на которого можно рисовать карикатуры, устраивать десятиминутки ненависти и которым можно пугать детей. Добрый рождественский дедушка, постоянно говорящий о мире и заключающий мирные договора, вероятно, делал избыточным и режим ГДР, и само государство. Желание воссоединения с богатым западным соседом могло довести жителей социалистического банкрота до настоящего бунта, что в итоге и произошло.

В 1983 году, после потери социал-демократами власти, Венер наконец сложил с себя должность главы фракции СДПГ и женился в третий раз, на дочери своей второй жены, то бишь своей приемной дочери Грете, служившей ему секретаршей, шофером, поваром и девицей для утех в одном флаконе. Было ему в тот момент 77 лет, и был он попрактичней Гумберта Гумберта.

Никогда не скупился Венер на площадные ругательства и издевательства в адрес своих врагов. К примеру, Гельмута Коля он обзывал "Дюффельдофелем", в этом плане только Гельмут Шмидт мог составить ему конкуренцию. Особенно полезно вспомнить об этом сейчас, когда зомбоСМИ обожают хаить за несдержанность Трампа и АдГ.


Вопли Венера. В самом конце слышно, как он сравнивает Штраусса с Геббельсом.

Наверно, не случайно главный профсоюз служащих Верди, активно участвующий в террористических акциях Антифы и обильно финансирующий их, 16 лет подряд, до 2013 года, выпускал медаль Герберта Венера, которой награждал своих любимцев, героев борьбы с правизной, к медали прилагалась и денежная премия. Тут уж никак не скажешь: "Отберите орден у Насера, не подходит к ордену Насер!", ибо тут все подходит, как винт к гайке...

Брандт же оставался во главе СДПГ до 1987 года, как и пожелал того Венер, не хотевший чрезмерно усиливать Шмидта, чтобы самому иметь возможность продолжать плести нити за кулисами. Кроме того, 16 лет, с 1976 по 1992 гг., Брандт возглавлял Социалистический интернационал, в который наряду с прочей всемирной сволочью типа Кастро входил и его любимый питомец Ясир Арафат вместе со своим Фатахом. Ну, и, разумеется, получил он и свою Нобелевку мира за установление дружбы с Хонеккером и признание Берлинской стены, на которой пограничники убивали всех нежеланных беглецов, в качестве легитимного образования. Почему-то об этом не любят вспоминать те, кто надрывается по поводу трамповского забора на границе с Мексикой. И, в отличие от частоты посещений его любимых бесчисленных проституток, Брандт никогда не посещал ни своего отца, ни своей матери-продавщицы, которую ненавидел. Так что "добрый рождественский дедушка" был всего лишь личиной и фасадом этого человека.



Благодаря либеральным 90-м мы теперь знаем многие грязные секреты власти 40-50-летней давности. Узнаем ли мы такие же подробности о переходе Шредера в Газпром или любого, кто захочет их поведать, ждет судьба если не Литвиненко, то, по крайней мере, Скрипаля? Узнаем ли мы историю перехода Меркель из FDJ и Штази в правительство Коля? Вопросы риторические.

https://lussien.livejournal.com/210492.html

Tags: Германия, Империя Зла, КГБ и охранка, Политика
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments