Rudy Ogon (rudy_ogon) wrote,
Rudy Ogon
rudy_ogon

Categories:

Воспоминание о светлой памяти Рафале Ган-Гановиче

Воспоминание о светлой памяти Рафале Ган-Гановиче. «В малоизвестной стране, на далёкой войне он встал с оружием в руках против советов»

Генрик Скварчиньский


Воспоминание о светлой памяти Рафале Ган-Гановиче. «В малоизвестной стране, на далёкой войне он встал с оружием в руках против советов».



Как раз миновало десять лет с тех пор, как ушёл от нас Рафал Ган-Ганович. Один из первых солдат Речи Посполитей. Родом он из татарской семьи, выслужившей шляхетство несколько веков назад. Во время Варшавского восстания, в котором он выжил, потерял отца, повстанца. Ранее от шальной немецкой пули погибла мать. Он покинул Польшу в 1950 – в том году, когда Стефан Михник выносил приговоры, Адам Важик, бывало, хаживал в мундире офицера Красной Армии, а будущая нобелевская лауреатка Вислава Шимборская писала прочувствованные стихи, посвящённые Польской Объединённой Рабочей Партии - привязанный с оружием в руках под вагоном, идущим к ещё не ограждённому тогда стеной Берлину.

Потом, в 60-е годы Рафал в Конго и Йемене. Я даю ему слово, из-за гроба:

«В малоизвестной стране, на войне, о которой мало кто слышал, впервые за много лет – опять дано было поляку встать с оружием в руках против Красной Армии. И судьба хотела, чтобы именно я был тем поляком».

Именно так было в Йемене:
«Рене добавляет серию из двенадцати снарядов с разным запаздыванием детонатора. Первые взрываются на чердаке, следующие на этажах. Я видел через сильный бинокль, как из здания вылетают окна, в клубах дыма сверкают взрывы. Из окон выскакивали партизаны и люди в советских мундирах. Вот потеха».

А после того, как сбили советский самолёт, добавлял:
«Каким же неопасным он казался сейчас, когда лежал с оторванным крылом и раздробленными шасси! В кабине труп в лётном комбинезоне. Струйка крови изо рта и странно неестественно свесившаяся голова. Вытаращенные голубые глаза. Рядом с навигационными приборами планшет, а в нём карты и документы. Из последних следовало, что покойник был не кем попало: мы затравили крупную дичь, полковника Козлова, самого начальника советской миссии советников при «народной» республике. Список подчинённых ему лётчиков: тридцать шесть фамилий. Из других документов можно было определить размеры советской интервенции»

Это происходило в то самое время, когда Олексы, Вятр, Квасьневский и Миллер делают карьеры, прислуживая Москве, а Ярузельский и Кищак, опозорив мундир польского солдата, будут долгие годы покровительствовать им.

Затем Рафал Ган-Ганович под псевдонимом Равич начинает работать в парижской секции радиостанции Свободная Европа. Прежде чем она закончит свою деятельность в Мюнхене, Ган-Ганович будет уволен с того поста, который он занимал в Париже. Не исследованную до сих пор роль в этом увольнении сыграл бывший секретный сотрудник Службы Безопасности Влодзимеж Одоевский. Тот самый, который в своё время распускал сплетни, что автор этой статьи – также в то время сотрудник РСЕ – является агентом ЦРУ. Старания Одоевского вознаграждены. Ган-Гановичу приходится покинуть радиостанцию, а сплетня о моей принадлежности к американской разведке даже через много лет попадает в уши рассудительных и умных людей.

В 90-х Рафал Ган-Ганович возвращается в Польшу. Он становится кумиром тех кругов, которые не заражены амнезией. Его беседа с Моникой Олейник заслуживает того, чтобы достать её из архивов телевидения, потому что она во многих отношениях уникальна. Человек свободный, свободный поляк разговаривает с Дамой в Наморднике. В наморднике недееспособности, который так заметен в поведении Краско, Ольбрыхского, Калиша, Вайды и Лиса. Просто напросто дрессированный человек никогда не сможет противостоять миру. Такому миру, как его понимал Рафал Ган-Ганович. Вечная ему слава!

Весной будущего года в гданьском издательстве PATRIA MEDIA, возглавляемом Адамом Хмелецким, выйдет в свет книга Ган-Ганвича «Кондотьеры», известная в стольких изданиях, но всё ещё недоступная, и это будет не только событие. Это будет преклонение всех, читающих её, перед тем, кому обеспечено место в пантеоне великих поляков.

Несмотря на неприязнь Радослава Сикорского, тогда ещё бывшего в правительстве ПиС, Рафал Ган-Ганович был награждён президентом Лехом Качиньским.


Генрик Скварчиньский, псевдоним Генрик Сквар (родился в 1952 году в Фелицьянове, неподалёку от Колюшек) – польский писатель, путешественник. После окончания факультета польской филологии в Варшавском Университете был аспирантом в Институте Философии и Социологии Польской Академии Наук, с февраля 1980 года – политический беженец во Франции, через несколько месяцев уехал в США, где в 1986 году получил гражданство.

Henryk Skwarczyński
Wspomnienie o śp. Rafale Gan - Ganowiczu. "W mało znanym kraju, w dalekiej wojnie stanął z bronią w ręku przeciwko Sowietom"

http://ursa-tm.ru/forum/index.php?/topic/39219-vospominanie-o-svetloy-pamyati-rafale-gan-ganoviche-%C2%ABv-maloizvestnoy-strane-na-dalyokoy-voyne-on-vstal-s-oruzhiem-v-rukah-protiv-sovetov%C2%BB/
Tags: empire du mal, politique, pologne
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments